Воскресенье, 23.02.2020, 09:11
Приветствую Вас Гость | RSS

МОУ "СОШ № 8"

Наш опрос
Оцените мой сайт
Всего ответов: 220
Мини-чат

200
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Каталог статей

Главная » Статьи » Библиотека

В. Песков "Окно в природу"

Из жизни котов

Моя дочь сообщает из Пущино о житье-бытье кота Шурика. Голубоглазый богатырь этот был кем-то забыт или потерян при переезде и года два жил у помойки, получая то угощенья, то пинки выпивших мужиков.

Дочь принесла кота в дом на руках, и вот уже три года он живет припеваючи. Любит рыбу, овсянку, курагу. Мышей не ловит и не признает. Но врожденную страсть охотника сохранил и приспособился терпеливыми ожиданьями подкарауливать на балконе галок и голубей. Охоту Шурик довел до виртуозного совершенства. Подражая звукам любознательных ротозеев, он научился подманивать их на расстоянье прыжка. Последняя жертва его - галчонок. Кот добычу не ест. Ему важно птицу поймать, поиграть с ней и принести в подарок хозяйке. На этот раз галчонок истошно орал и на помощь привлек где-то близко сидевших родителей. Они, прилетев на балкон, были полны решимости «отшуметь» отпрыска. Озадаченный Шурик добычу из когтей выпустил, и галчонок, слегка помятый, обрел свободу.

Попытки отучить кота от балконной охоты ни к чему не приводят. Врожденная страсть неодолима.

Но вообще-то «на этажах» охотничий инстинкт часто у кошек гаснет. У моих друзей на Камчатке кот любит есть рыбу и совершенно не обращает внимания на мышей. Дело дошло до того, что обедают вместе - мышь лакает из блюдечка молоко, а кот рядом ест рыбу.

Но, попадая в среду, где есть возможность охоты, кошки становятся завзятыми хищниками. «Если увеличить моего мышелова до размеров тигра  - корову сожрет», - говорил мне знакомый лесник о живущем на его кордоне коте.

Врожденная страсть к охоте у кошек, обитающих в лесном доме, обостряет чутье и зрение, готовность преследовать всё, что можно поймать.

Некоторые коты повадками привлекают к себе вниманье особое. Я писал как-то о житии кота Марлока на биостанции в тверских лесах. В кошачьем мире это была заметная личность. Кот жил, что называется, «на два дома». Охотился в лесу, а в доме ждал, когда подоят корову, чтобы напиться молока, непременно парного - другим брезговал.

Сам Марлок в лесу никого не щадил - ловил мышей, птиц, зайчат. И имелась у него, кроме охоты, еще одна страсть. Был он, как сейчас говорят, сексуальным разбойником. Кошек в маленьком лесном поселении не было, и Марлок время от времени уходил искать радость в соседние деревни Косилово, Некрашево, Плосково. Ходил не по дорогам, а напрямик лесом. Волки, еноты, лисы его не страшили - в любой момент мог он спастись на дереве. Страшен был только филин, но эта большая сова везде редкость, да, возможно, кот ничего о филинах и не знал.

Из любовных похождений Марлок возвращался с изодранной мордой дней через десять - пятнадцать. Залезал на чердак отдыхать и спал, как львы в Африке, семнадцать-восемнадцать часов. Что было у Марлока в деревнях, можно было только догадываться. Но однажды пришли на базу деревенские мужики жаловаться на кота. «Сергеич, мы тебя уважаем, - сказали они хозяину мышелова. - Но коту надо дать укорот, иначе придется его застрелить».

Выяснилось: во время отлучек Марлок в деревнях терроризировал всё поголовье котов - рвал им уши, выдирал глаза и постепенно вынудил соплеменников прятаться, как только они узнавали: пришел!

И состоялся суд над Марлоком. Свозили его к ветеринару, и тот сделал всё, что предписано было Марлоку судьбой. Стать, сила, охотничья страсть - все осталось, но совершенно исчезло желание посещать населенные пункты...

В этом апреле я заглянул к другу в тверские леса. Первым, кто встретил меня, был Марлок - спокойный, уравновешенный, слегка постаревший. «Да, - сказал хозяин дома, - возраст мало кого украшает. Но вкус к жизни Марлок сохранил. Стал дружелюбен с собаками. А недавно заезжали к нам мимоходом друзья. В машине у них оказался котёнок. Надо было видеть, с каким стараньем ловил Марлок для гостя мышей. И пристрастился старик к рыбалке. Сядет сзади меня и с поплавка глаз не сводит - понимает, что это значит, когда поплавок начинает плясать на воде. Это хорошее утешение бывшему донжуану».

Кошки дичают быстро. На Мещере староверу отцу Алимпию, живущему в лесном скиту, друзья подарили для спасенья от одиночества кота-баловня, выраставшего на хороших харчах и много ездившего с хозяевами в автомобиле и летавшего на самолете. Звали кота Васильком.

Довольствие в скиту было у кота скромное, постное. Эта еда ему не понравилась, и кот немедленно взял судьбу в свои лапы. Спустя месяц городской неженка превратился из Василька в страшного Василиска - грозу всего живого в лесу. Ловил не только пташек, но даже и крупных для него рябчиков, одолевал зайцев. Принести в зубах такую добычу было Васильку не по силам. Стал он зайцев, упираясь, волоком доставлять в скит.

Героическим делом для кота оказалась ловля змей. Он бесстрашно их умертвлял и с удовольствием ел. Иногда, сытый, приносил добычу домой. Нередко змея еще шевелилась, и Василёк забавлялся с нею игрой. Не ясно, был ли он невосприимчив к яду или ловкость помогала ему избегать змеиных укусов, но ловля гадюк и ужей, кажется, доставляла коту наибольшее удовольствие.

Мы с другом, проезжая этой весной по мещерским лесам, решили заехать в скит старовера - сфотографировать кота-змеелова. Но, наводя справки, узнали: сгинул где-то в лесу Василёк. Отшельник считает, что верного друга его украли. Но это сомнительно - кому придет в голову забираться в мещерские дебри и красть кота. Скорее всего, «маленький тигр» сложил свою буйную голову, встретив охотника посильнее себя. Это мог быть филин. А может, с ружьем человек: кот-разбойник в лесу - существо нетерпимое.

А этот вот хмурый нелюдимый котяра «квартирует» у таежной отшельницы Агафьи Лыковой. Семья староверов бедствовала без кошек - бурундуки и мыши опустошали посевы ржи и гороха. Первая просьба к геологам о помощи была такая: одарите солью и привезите ради бога кошек. Привезли на лодке сразу то и другое.

Я познакомился с Лыковыми, когда в усадьбе кошек было уже полдюжины. С грызунами они расправились скоро, а потом наступил для кошек «великий пост»: еда с огорода - картошка, горох и репа - мышеловам не подходила. И стали они похожи на слежавшиеся валенки. Кое-что добывали кошки в тайге, но заботы о котятах удерживали их возле избы. Кот же с таким житьем мириться не захотел и подался в тайгу. Белки, рябчики, мыши и содержимое птичьих гнезд - всё было доступно мрачному хищнику, появлявшемуся у избы только с приходом зимы, да еще на свидания с кошками. От людей он отвык и особо страшился любого нового человека. Мне труда стоило сделать снимок этого дикаря. Помогла банка мясных консервов, к которой добраться можно было только по специально положенному шесту.

Дичающих летом кошек в лесу встречаешь нередко. Ведут они себя, как бандиты. Но на пороге зимы нрав их меняется, возвращаются к человеческому жилью. «Выпадет первый снежок, и они тут как тут - голов семь-восемь сбиваются на кордоне. Забираются на чердак, лезут на сеновал, таятся в сарае. Однажды через трубу прямо в кастрюлю одна угодила» - так курский лесник жаловался на кошек. Я попросил припомнить хоть один случай, чтобы кошка осталась в лесу на зиму. «Что вы! Не выживет!» - был ответ.

Но вот удивительный случай: кошка перетерпела зиму в лесу, причем не мягкую зиму и снежную. В Окском заповеднике при учете зверей по следам обратили вниманье на странные отпечатки лапок. Гадали: кто бы мог быть? Странный след встречался еще не раз, но никто не подумал, что это кошка.

Её увидели в половодье. Весной леса у Оки заливаются на громадных пространствах. И лишь «горы» остаются сухими. Горами зовут тут маленькие незатопляемые островки суши. На одних спасаются зайцы, еноты, лисы, на других токуют тетерева. Тимошкина Грива - как раз такой островок. Орнитологи заповедника загодя поставили на «горе» шалаш и очень надеялись понаблюдать из него токовище. Но тетерева почему-то на остров не опускались. Что-то мешало тетеревиным свадьбам. Стали оглядывать островок и обнаружили кошку.

Утром мы сговорились посетить Тимошкину Гриву. Это была полоска суши с желтой прошлогодней травой и соломенным шалашом. Кругом в воде - ветлы, дубы и липы. Взлетели с деревьев тетерева. А где же тот, кто мешает им токовать на земле? Оглядели остров, оглядели шалаш. Никого. Еще раз прошлись по суше. Чудеса в решете! Исчезла куда-то кошка. Пожимая плечами, уже направились к лодке, как вдруг у самой воды под наклоненным пучком прошлогодней травы мы увидели кончик хвоста. Он чуть подрагивал. Поняв, что её обнаружили, кошка пулей метнулась поперек суши, кинулась в воду, поплыла и уже с дерева глянула желтыми злыми глазами. Это был пушистый темно-серого цвета зверь, одичавший в лесу совершенно.

Мы поискали на острове перья и не нашли. Видимо, пищей зимой и теперь, в половодье, служили домашнему дикарю мыши. Это обстоятельство смягчило приговор, который обычно выносят одичавшим собакам и кошкам. Да и жалко терпящего бедствие. Потоптавшись, решили кошку не трогать. Это был маленький мимолетный конфликт чувства и долга, которые часто борются в человеке.

 

Игра

Я как-то сидел в Малеевке со своими бумагами и несколько дней наблюдал занятное зрелище

Под крышей домика кошка втайне вырастила котят и стала их выводить на балкон - знакомить с жизнью. Она становилась на задние лапы и сквозь решетку балкона наблюдала за всем, что видела. У котят же было свое занятие. Мамаша специально помахивала хвостом, а они по очереди ловили кончик его. Иногда на час эта все ускоряющаяся игра отрывала меня от работы. Котята не просто хватали хвост, они припадали к полу, крались и потом вдруг бросались, словно это была добыча. Мать то давала кончик хвоста поймать, то вдруг резко его поднимала, заставляя котят подпрыгнуть. Это были первые уроки жизни, в которой котятам придется ловить мышей, и мать мастерски в них пробуждала инстинкты охотников.

У животных, например насекомых, наследственная программа почти на сто процентов обеспечивает предписанное поведенье. У высших (у человека тоже!) наследственная программа поведения есть, но в ней много «недоговорок», рассчитанных на познание меняющегося мира, приспособленье к нему. Иначе говоря, чтобы выжить, нужна учеба. И животные учатся, развиваются, «притираясь» к конкретной обстановке, в какой они оказались.

Лучшая форма учебы - игра. И у всех животных молодняк необычно игрив. В Прибалтике я несколько часов просидел на вышке, наблюдая у логова игру волчат. Это была захватывающая картина. Волчата прятались, бегали, подкрадывались друг к другу, чтобы поймать и схватить «жертву». Все выглядело серьезно, но все же это была только игра - волчата не наносили друг другу никаких ран. Радость погони, овладенье «добычей» были все усложнявшейся тренировкой для будущей жизни. В игре возникают привязанности. Какая-то пара волчат тяготеет друг к другу, хорошо понимает партнера. Легко представить: взрослая пара на настоящей охоте будет действовать так же слаженно, «с полуслова» понимая друг друга.

Так же активны возле норы лисята. Иногда мать-воспитатель приносит им еще живую добычу, и забавы лисят приобретают уже вполне практическую охоту.

У всех животных игры - это форма познания окружающей жизни и своих возможностей в ней, главное - тренировка перед неизбежными испытаниями. Лиса или медведица-мать удержат детвору на краю серьезного риска, но будут благосклонно наблюдать за всем, что пойдет от игры им на пользу.

Однажды во дворе у меня перед глазами развернулся наглядный урок игры-воспитанья. Кошка «вывела в свет» единственного котенка. И он сразу, припав к земле, пополз к утятам-пуховичкам. Защитить утят было некому, и они, натыкаясь друг на дружку, побежали к собачьей будке. Из нее с рассерженной мордой высунулся грозного вида кобель. Котенок, до этого никогда не видевший собак, в мгновенье ока оказался на верхушке столба и там с ужасом «переваривал» только что происшедшее. Все были возбуждены, и только мать-кошка  бровью не повела, не сдвинулась с места. «Вот будешь знать: жизнь - это не лежание в теплой корзине под боком у меня».

Все животные, играя в детстве, проходят школу того, что им предстоит встретить в бушующем мире жизни. Теленок бодается с дубом. Жеребенок, не теряя из виду мать, самозабвенно носится по лугу. Козлят инстинкт верхолазов загоняет нередко на крышу сарая, и они там чувствуют себя альпинистами, покорившими гору. Навыки лазанья пригодятся им позже.

Бельчата, убыстряя движения, носятся друг за другом по веткам, винтом поднимаются вверх по стволу дерева. В этой игре-тренировке - залог безопасности при неизбежных в будущем встречах с куницей. А детишки куницы тоже играют в кронах деревьев, чтобы побеждать в состязаниях с белками.  

Многое, в игре постижимое в детстве, с трудом удастся взрослому организму - поезд игры-учебы ушел, и шансов выжить у такого животного меньше, чем у тех, кто учился, играя.

Игры, однако, свойственны не только молодняку. Игры всю жизнь приносят животным радость общенья, радость ощущения силы и ловкости. В Африке мы наблюдали, как голенастая птица-секретарь кидала вверх и подхватывала пучки травы, вырванные с землею. Выглядело это нелепо, но был в игре смысл. Как футболист непременно тренируется, если хочет успешно играть, так и животное тренируется. Чтобы в нужный момент быть в ловчей форме.

Рядом с птицей-секретарем паслись антилопы импалы. Без видимой надобности они разбегались и прыгали друг через друга - тоже тренинг. При встрече со львом прыгуньи имеют больше шансов спастись в сравнении с теми, кто игрою пренебрегал.

Часто наблюдаемые нами игры у взрослых зверей и птиц являются демонстрацией жизненных сил. В марте, когда сияющий снег еще скован морозом, в погожий день в синем небе можно увидеть воронов. Они, соревнуясь, проделывают в высоте пируэты высшего пилотажа - кувыркаются. Падают вместе вниз до земли и снова взмывают вверх. А на Аляске я наблюдал игры воронов меж деревьев. Став на крыло ребром книзу, они летали среди препятствий, как слаломисты.

Столь же интересны весной брачные игры орлов. В них бывают просто цирковые моменты: один из летунов опрокидывается на спину, другой сверху подхватывает его лапы, и так, парой, птицы проносятся в небе.

Игры, несомненно, приносят животным - и старым, и молодым - ощущение радости. Я наблюдал однажды ежа. Обычно этого зверя встречаешь по шороху в сумерках. А тут был день. Не замечая меня, еж забирался на невысокий, с крутым откосом бугор и наверху, свернувшись в комок, катился вниз. Полежав с полминуты, уж повторял свой номер и катался б, наверное, долго, но меня чихнуть угораздило, и представленье окончилось - еж свернулся, ощущая опасность.

Вороны - большие любители поиграть. Их классический номер - отнять у собаки кость - известен многим. Но если кости даже и нет, воронам доставляет удовольствие просто так порезвиться. Одна клюнет собаку в хвост, другая тем временем сядет на будку. Среди игривых проделок ворон одна особенно интересна. Понравилось московским нахалкам кататься с позолоченных луковиц кремлевских церквей. Занимают очередь на кресте и катятся вниз по куполу. Купола покрыты тончайшими листами сусального золота, а коготки ворон позолоту царапают. Пришлось коменданту Кремля искать управу на любителей развлекаться. Ворон за Кремлевской стеной пытались ловить, но неуспешно. Тогда с помощью орнитологов завели соколиную службу. Тренированного сокола время от времени выпускают. И вороны надолго теряют интерес к золотым горкам.

Из всего живого наибольшей игривостью отличаются дельфины. Они готовы даже жертвовать пищей, чтобы всласть, с интересом порезвиться в воде. С необыкновенной легкостью они принимают в свои компании дрессировщиков, и потому дельфиньи цирки добиваются ошеломляющих зрелищ - дельфины  чередой, как торпеды, проносятся через обруч, подвешенный над водой, свечой взвиваются кверху, чтобы схватить из рук дрессировщика рыбу, позволяют на себе прокатиться.

И еще завзятые игроки - выдры. У этих отменных рыболовов много свободного времени, и они отдают его играм. В американском фильме я видел выводок выдр, катавшихся с горки по рыхлому снегу. А на Аляске на безлюдном Юконе мы вдруг заметили глиняные желоба с крутого берега в воду.

- Что это? - спросил я проводника, уже догадываясь, в чем дело.

- Выдры, - ответил парень и выключил мотор лодки. Мы спрятались в тополевых зарослях и через полчаса увидели выдр. Поднявшись из воды наверх, они, не торопясь, в чинной очереди подходили к желобу, на животах скользили по мокрой глине и бултыхались в воду. Четыре выдры были явно одного возраста - молодые. Но и мамаша, водившая по дикой реке свой выводок, тоже принимала участие в любимой игре.

В зоопарках на площадках для малышей можно увидеть, как, еще не зная, кто есть кто, играют, не страшась обидеть друг друга, малыши. (Посмотрите, как медвежонок лезет в подклювный мешок пеликана.)

В дикой природе такое случается редко. Но все же случается, просто мы редко видим такую игру. Французскому фотографу очень повезло, он сумел снять игру шаловливой зебры и молодого слона. Зебры игривы. Они носятся друг за другом, встают на дыбы, стараются укусить (не больно) друг друга за ногу, за холку. Но вот партнера для игры нет, и зебра решила развлечься - подкралась и дернула за хвост молодого слона. Слон понимает, что никакой опасности от полосатой лошадки ему не будет, повернулся и угостил зебру хоботом по заду. Но зебра опять за свое - игра ей понравилась. Так забавляются игрой животные, если игрок не опасен, что в дикой природе случается очень редко.

 

Категория: Библиотека | Добавил: Admin8 (25.09.2013)
Просмотров: 1119 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Вход на сайт
Поиск